Расходы США на армию определяются отнюдь не интересами безопасности

В Мире26 октября
комментарии
Алексей Кривопалов
Фото: Алексей Кривопалов
эксперт Центра изучения кризисного общества

Алексей, какую долю ВВП составляют расходы на армию? Как этот показатель соотносится с соответствующим показателем России, о чем говорит соотношение этих показателей?

— Несмотря на то что военные расходы в наших документах строго засекречены, международные организации имеют свои источники информации и представление, сколько Россия тратит на вооружение. Вот как выглядит соотношение военных расходов и ВВП США, Китая и России, по мнению международных экспертов.

Доля в мировом ВВП:

США — 24,21%;

Китай — 15,41%;

Россия — 1,77%

Номинальный ВВП, млрд долларов:

США — 18 124,1;

Китай — 11 211,9;

Россия — 1176

Военные расходы, млрд долларов:

США — 561;

Китай — 188;

Россия — 87

Соотоошение военных расходов к ВВП:

Россия — 7,4%;

США — 3,1 %;

Китай — 1,68%

Источники: Международный валютный фонд, Всемирный банк. 2015 г.

Таким образом из приведенных выше цифр следует, что опережающая концентрация ресурсов в сфере военного строительства труднее всего дается именно России — стране экономически наиболее слабой в тройке крупнейших военных держав современного мира.

Для США военная нагрузка на бюджет, равная 3–4%, не является критической, коль скоро в прошлом американская экономика успешно выдерживала значительно более серьезное напряжение. Для сравнения, в разгар Вьетнамской войны в 1968 г. военные расходы доходили до 10% общегосударственных расходов, а на исходе Корейской войны в 1953 г. — их доля вообще составляла 15%.

Проблемой для США сегодня являются не чрезмерные военные расходы, а невозможность без значительного расширения военного бюджета финансировать весь объем запланированных программ оборонного назначения.

Например, основные боевые системы, находящиеся на вооружении стратегических ядерных сил и сухопутных войск, были разработаны еще на рубеже 1970–1980-х гг. В будущем, по мере наступления срока их неизбежной замены, США уже не смогут осуществлять политику бюджетной экономии за счет сокращения затрат на НИОКР по перспективным системам вооружений.

В докладе вашего Центра говорится, что «фактически произошла окончательная переориентация сухопутных сил США с масштабной классической войны на экспедиционные действия». Что это говорит о фокусе внешней политики Штатов?

— Информация о новейших тенденциях в американском военном строительстве позволяет делать выводы относительно возможностей, но не относительно намерений США.

Фото: Корпус морской пехоты США © Sgt. Jennifer Schubert | globallookpress.com

Фото: Корпус морской пехоты США
© Sgt. Jennifer Schubert | globallookpress.com

Переориентация вооруженных сил на действия в экспедиционном режиме, сокращение числа боеготовых бригадных боевых групп в сухопутных войсках и содержание в сокращенном составе авиакрыльев ВВС США, развернутых за пределами американской территории, говорит о том, что в военно-стратегическом смысле США будет крайне трудно (если вообще возможно) одновременно сдерживать сразу трех своих потенциальных противников в Евразии: Россию в Европе, Китай в Юго-Восточной Азии и Иран в Персидском заливе.

И хотя на данном этапе, судя по всему, приоритетным выступает сдерживание Китая, сложно сказать, кого из потенциальных противников следующая американская администрация сочтет наиболее опасным.

Какие роды атак готовится отражать армия США со стороны потенциального противника? Ведь мало кому придет в голову вести войну в районе физических границ США, им повезло с географическим положением на карте мира.

— Совершенно верно! С точки зрения большой стратегии, Америка — это «остров». США как минимум с середины XIX в. не сталкиваются с прямыми территориальными угрозами, поскольку в Западном полушарии просто не существует держав, которые могли бы представлять для Соединенных Штатов сколь-нибудь серьезную военную опасность.

Однако стратегические интересы США, как в случае с любой великой державой, не исчерпываются проблемами собственной безопасности.

Важную роль в американской стратегии играет Евразия. Однако интерес к ней распределяется неравномерно. Географически он локализован в трех ключевых районах: Европа, Юго-Восточная Азия (с примыкающим к ней Азиатско-Тихоокеанским регионом) и Персидский залив.

Фото: Стратегические интересы США © Aude Guerrucci | globallookpress.com

Фото: Стратегические интересы США
© Aude Guerrucci | globallookpress.com

Именно там Америка сталкивается с противодействием трех крупных региональных держав: с Россией в Европе и на Ближнем Востоке, с Ираном на Ближнем Востоке и с Китаем на Тихом океане. И хотя ни одна из этих держав не в состоянии бросить вызов глобальному доминированию США, они энергично противодействуют американскому проникновению в сферы собственных внешнеполитических и военно-стратегических интересов, находящиеся по периметру их границ.

Каков топ-3 главных противников США с их точки зрения? О чем свидетельствует широкое распыление американских военно-стратегических усилий? Каковы основные его последствия?

— В порядке убывания: Китай, Россия, Иран.

Распыление американских усилий приводит к стратегическому перенапряжению. При том объеме ресурсов, которые на сегодняшний день фактически выделяются Пентагону, США не могут одновременно решать в Евразии три ключевые стратегические задачи:

  1. Контролировать зону Персидского залива на Ближнем Востоке, сдерживая Иран и не позволяя ему обзавестись ядерным оружием.

  2. Препятствовать России в осуществлении частичной ревизии военно-политических итогов 1991 года в Европе, выполняя свои обязательства перед союзниками по НАТО.

  3. Сдерживать рост китайского влияния на Дальнем Востоке и в Юго-Восточной Азии, не допуская поглощения китайцами Тайваня и дискредитации США как гаранта региональной безопасности в глазах Южной Кореи и Японии.

Одновременное движение в направлении сразу трех вышеуказанных целей таит в себе риск не достичь ни одной из них.

Фото: Обама и Байден © Aude Guerrucci | globallookpress.com

Фото: Обама и Байден
© Aude Guerrucci | globallookpress.com

В докладе говорится, что «Фундаментальной целью американской стратегии национальной безопасности является защита ключевых внешнеполитических интересов США таким способом, который, по возможности, исключал бы погружение Америки в дорогостоящие и кровопролитные конфликты». Что имеется в виду под такими способами?

— Под такими способами подразумевается политическая, экономическая и военно-техническая поддержка союзников, дипломатическое и экономическое давление на оппонентов, «преобразовательная дипломатия», в том числе и в форме смещения неугодных политических режимов, военные демонстрации в адрес конкурирующих региональных держав с целью их стратегического сдерживания посредством устрашения. Иными словами — всё, что не сопровождалось бы прямым участием вооруженных сил США в боевых действиях, поскольку за истекшие пятнадцать лет американское общество психологически сильно устало от заморских операций.

Фото: Американские солдаты © Rachel Larue | globallookpress.com

Фото: Американские солдаты
© Rachel Larue | globallookpress.com

В чем заключается несогласованность военных и внешнеполитических императивов американской политики в области национальной обороны? Какие последствия это несет?

— Для пояснения данного тезиса необходимо обратиться к теории стратегии. В идеале на государственном уровне продуманная стратегия должна дополнять грамотную политику, подобно тому как на поле боя эффективная тактика дополнят оперативное искусство. Задача политики, таким образом, сводится к тому, чтобы ставить перед стратегией лишь посильные для нее задачи. Если политика и стратегия сбалансированы и пребывают в гармоничном единстве, то государство может одерживать победы без экстраординарного напряжения сил и колоссального расхода ресурсов.

Фото: США © Andy Katz | globallookpress.com

Фото: США
© Andy Katz | globallookpress.com

Но если авантюрная политика ставит перед стратегией цели и задачи, которые изначально не могут быть достигнуты чисто военными средствами, получается ситуация Германии в 1914 и 1939 г. И Первая, и Вторая мировая война были проиграны немцами фактически еще до первого выстрела, потому что бездумная политика поставила могучую германскую армию в такие условия, при которых она просто не могла не потерпеть поражение. Исторический опыт от Наполеона до Гитлера в избытке дает нам примеры того, как посредством некомпетентной политики даже самая эффективная и совершенная военная машина ставилась в безнадежные условия.

Если говорить о современных США, то проблема заключается в том, что американская политика также склонна ставить перед стратегией цели, недостижимые военными средствами.

Могущество Америки столь велико, что пока это не приводило к катастрофическим последствиям, однако тревожная тенденция налицо. Военные успехи, продемонстрированные США на Ближнем Востоке и в Центральной Азии в 2001–2003 гг., так и не превратились в долгосрочное политическое преимущество, а цель в виде стратегического контроля ближневосточного региона остается для Вашингтона столь же труднодостижимой, какой она была до 11 сентября 2001 г.

Алексей Кривопалов
Алексей Кривопалов
эксперт Центра изучения кризисного общества
Оценить публикацию:
Ваша оценка будет первой!
комментарии
Сообщений: 0
Анонимно:
Загрузка...